Жанна Голубицкая: Воспитание чувств по-мальдивски, или Ссылка для новобрачных

   

Известная журналистка и путешественница Жанна Голубицкая объездила полсвета. Её репортажи и книги, в числе которых «Планета в косметичке. Путеводитель по миру для девушек со вкусом», «США под юбкой» и «10 дней в Рио», — это увлекательнейшие путешествия, которые, листая её книги, можно совершить прямо на диване или в вагоне метро. Читателей портала ThankYou.ru Жанна приглашает на Мальдивы, с которых она вернулась на днях. 

Эх, не зря Мальдивы считаются лучшим местом для медового месяца! Многие романтические парочки даже героически парятся все 10 часов полета в подвенечных нарядах! Не иначе, как вылетают прямо из-за праздничного стола! Вояж, безусловно, имеет смысл. Мальдивы – лучшее место, чтобы раствориться друг в друге, почти в буквальном смысле. При островном климате и неспешном образе жизни, при уединенности здешних пляжей и почти невидимом (при всей исполнительности) обслуживающем персонале,  любовью можно заниматься хоть 24 часа в сутки, хоть на каждом квадратном метре острова. Но дело не только в этом… Мальдивские острова —  отличная «ссылка» для проверки и воспитания чувств. Почему, вы поймете в конце моего рассказа об этих удивительных маленьких частичках суши посреди Индийского океана под красивым, будто мурлыкающем именем Maldives.

   «Проверку Мальдивами» вы можете устроить себе и своей половине в любой момент – для этого совсем необязательно быть молодоженами. Главное, чтобы у вас нашлись деньги, ибо тут предлагается отдых, относящийся к сегменту luxury. Из чего следует, что всё, что связано с времяпрепровождением тут, будет стоить дорого и очень дорого. Если вы морально и материально готовы, нет проблем – попробуйте почувствовать себя своим на острове для богатых. А за что готовы платить богатые в нашем урбанизированном и сверхскоростном сегодня? Правильно: за покой, тишину, слияние с природой и с любимым человеком. Отсюда плавно вытекает ненавязчивость и ювелирная отточенность сервиса: обслуживающий персонал из местных возникает из ниоткуда, как Сивка-Бурка, едва вы успеваете загадать желание. Исполняет его и бесшумно исчезает. Официанты скользят, как тени, и только вежливо улыбаются. Никакой тебе анимации с участием местных ди-джеев, аэробики с мальдивскими плавруками и пьяных танцев на барной стойке в обнимку с пригостиничными ловеласами. Все эти забавы для бедных оставьте популярным турнаправлениям, на Мальдивах такое невозможно. Как объяснил мне местный спасатель по имени Усама (он всё-таки исхитрился заговорить со мной в пол-восьмого утра, пока я совершала пробежку перед завтраком), чтобы получить работу в отеле – официантом или убирать номера – надо получить высшее образование на факультете гостиничного бизнеса университета Мале. Именно поэтому весь персонал идеально владеет английским, но  использует это не для пустопорожней болтовни, а для четкого и безупречного исполнения всех пожеланий гостей. В отелях работают только мужчины: Мальдивы – строгая мусульманская республика, поэтому женщины не должны видеть полуобнаженных туристов, алкоголь и прочие развращающие буржуазные радости. Мужчины же проходят специальную подготовку – не хуже, чем советские граждане, выезжавшие на «загнивающий запад» в период Совка. Их учат не реагировать на голые женские тела (а в связи с малолюдностью и уединенностью каждого бунгало почти каждое женское тело на острове  перманентно обнажено), не вожделеть разноцветные горячительные коктейли в барах и пр.  Усама рассказал, что персонал не имеет права первым заговаривать с гостями, за исключением экстренной надобности. А после 17.00 вся обслуга, кроме тех, кто готовит и подает ужин и работает в барах, должна отправляться на территорию family village – это семейный городок на задворках острова, где жизнь идет по всем законам шариата. Там имеется мечеть и совершаются намазы по всем правилам, а каждую пятницу из Мале прибывает мулла, чтобы лично провести пятничную молитву и наставить на путь истинный тех правоверных, кто в силу своей работы ежедневно подвергается шайтанским искушениям в виде спиртного и обнажёнки. В городке живут также женщины и дети, чтобы работающие мужчины не были разлучены с семьей.

   Оказывается, отели на Мальдивах не строятся там, где есть этнические поселения, а только на необитаемых островах. В условиях Мальдив это не так уж сложно: республика располагается на скоплении островов и островков, среди которых есть совсем крошечные. Главное поселение и административный центр – это столица республики Мале – типично мусульманский грязноватый и бедноватый город, радостное обличье которому придают разве что океан и яркое солнце. Пять крупнейших отелей на островах принадлежат одному человеку – богатому мальдивцу по имени Ибрагим Гасым. Все они построены на небольших необитаемых островах, теперь именующихся по названию отелей – Sun Island (Остров солнца), Fun Island (Остров удовольствий), Pardise Island (Остров-рай) и т.д. Таким образом, каждый из этих островов – по сути, отель, и ничего аутентичного, связанного с бытом и обычаями мальдивского народа, вы здесь не сыщете. Ибрагиму Гасыму также принадлежит местная авиакомпания: для того, чтобы добраться до некоторых островов-отелей из Мале, куда прилетают лайнеры с «большой земли», надо не только плыть на катере, но и лететь маленьким самолетом местных авиалиний. Судя по обращениям командиров экипажей этих пестрых, как экзотические птицы, мальдивских мини-джетов, и раздаваемой на борту прессе, Ибрагим Гасым – самая популярная фигура в республике. Даже популярнее президента, который на Мальдивах тоже имеется. Почти каждая заметка в местной прессе начинается словами «Ибрагим Гасым сказал…», «Ибрагим Гасым подчеркнул…» и даже «Ибрагим Гасым подумал…» И на 10 цитат из почтеннейшего и мудрейшего солнца нации Ибрагима Гасыма приходится всего одно скромненькое высказывание  главы государства. Шутка ли: Ибрагим Гасым – самый богатый человек в стране. Если верить моему знакомцу Усаме, ему слегка за 60, он благочестивый правоверный, живет строго по шариату – у него 4 жены, младшей из которых 20, а сейчас он как раз подыскивает себе пятую. Детей у него 16, и это не предел. Судя по фотографии в местной прессе, Ибрагим Гасым бородат и строг, в гареме у него не забалуешь. Воистину достойный пример для нации. Но темперамент-то азиатский никуда не денешь! Вот и ухажер мой Усама три утра подряд наблюдая мои пробежки босиком по линии прибоя в купальнике, на четвертом рассвете не выдержал и выпрыгнул из прибрежных пальмовых зарослей в преступной попытке познакомиться. Нервничая как неверная жена, он пояснил мне, что в 8 утра он должен быть в офисе (он отвечал за прокат скутеров и водных лыж), а в 17.00 – на территории городка. Поэтому Усама назначил мне свидание в 7 утра следующего дня на том же месте.

— У нас будет время до 8, — сладострастно сказал мне горячий мальдивский парень на хорошем английском.

— А что мы будем делать? — позволила я себе лёгкое женское кокетство.

— Заниматься снорклингом. Ядам тебе маску и трубку. Бесплатно! — гордо посулил мне Усама.

   Что ж, посул вполне актуальный: на острове-отеле все очень недешево. При том, что хождения живых денег – не в виде долларов, не в виде местной валюты руфии – нет. Все траты записываются на номер, и если не спросишь цену, никто тебе её и не скажет. Расплата наступит в конце, в момент check-out. Как говорится, пили-ели-веселились, подсчитали – прослезились.  Лично я прослезилась, узнав, почем были мои милк-шейки в баре с Wi-Fi, где мы с девочками коротали тихие и томные мальдивские вечера.

  Ещё к разговору о том, что восточные мужчины горячи, несмотря на общественный строй, конфессиональные предрассудки и строгость наказания за неправильное поведение в туристических «оазисах разврата». Мы отдыхали вчетвером, девичьей компанией, занимали два соседних бунгало на воде, что было круто даже по меркам нашего и без того крутого острова. Причем одна из нас была неоднократная «мисс» всяких разных конкурсов красоты и восходящая звезда шоу-бизнеса, а остальные – просто ничего для своего возраста и весовой категории (см. фотки).

Террасы-солярии  водных бунгало (равно как и лагуны, примыкающие к бунгало на пляже) обустроены таким образом, чтобы гости были защищены от взоров соседей, что при местном расслабляющем климате так и манит избавиться от купальников как от последней приметы цивилизации.  И наши  румбои (мальдивский персонал мужского пола, убирающий в номерах) быстро смекнули, что сразу после завтрака мы все вчетвером располагаемся на нашей веранде, выходящей в открытый океан, чтобы загорать обнаженными. Боже, какую же они проявляли изобретательность, чтобы лишний раз вломиться к нам в номер и урвать мимолетное видение голого женского тела! Несмотря на то, что номера были прибраны, пока мы завтракали, у румбоев ежедневно находилась к нам куча дел и предложений, лишь кто-то из нас вышел к двери, символично обернувшись в полотенце, и спросил, в чем проблема? Темпераментные, но зажатые в рамки исламской морали молодые мальдивцы с «высшим гостиничным образованием», произнося заготовленные речи на идеальном английском, жадно глядели через плечо прикрытой полотенцем собеседницы на остальных, которые тем временем безмятежно продолжали валяться на террасе голыми. Нам пять раз обновили мини-бар, принесли камеру для подводного фотографирования, диск с национальной мальдивской музыкой и приглашение на местную свадебную церемонию, прежде чем мы поняли, в чём дело.  Тогда мы стали вывешивать за дверь табличку с надписью «Privacy». Не то, чтобы нам было жалко порадовать видом своих загорелых тел бедных мальчиков, которые без паранджи видят только своих  ближайших родственниц, просто лень было каждый раз вскакивать и открывать дверь. А ломиться в неё при наличии запрещающей таблички – серьезное нарушение для мальдивского персонала.

   После того, как Усама назначил мне свидание, мне пришлось бегать в другую сторону острова. Отказывать мальчишке напрямую я сочла негуманным, легче было просто не попадаться ему на глаза в указанный им же самим промежуток времени и не вводить бедолагу в искушение нарушить правила. И однажды, свернув с проторенной дорожки вдоль пляжа, я поняла, что попала в какую-то странную резервацию внутри нашего острова-отеля. Здесь все было по-другому: двухэтажные жилые домики, хозблоки, футбольное поле, детская площадка, мечеть и женщины в паранджах. Это и был семейный городок для обслуги. Запрещающих знаков никаких не было, поэтому я продолжала бежать в своих мини-шортах, спинным мозгом чувствуя жадные взгляды мужчин и неприязненные женщин.  Завернутые в покрывало хрупкие мальдивианки занимались здесь обычными для мусульманских женщин делами – выгуливали кучу детей мал-мала меньше, кашеварили, судачили и вывешивали за окна бесконечные километры постиранного белья. К слову, среди гостей отеля почти не было отдыхающих с маленькими детьми.  Не то, чтобы это запрещено, просто, понимая, что малыши могут нарушать своими криками и нуждами покой прочих постояльцев, Ибрагим Гасым благоразумно не создал никакой инфраструктуры, облегчающей отдых с детьми. В отеле нет наёмных нянь,  детских комнат, специального меню, детских площадок, водных горок и вообще ничего для увеселения детворы. Вот почти никто и не тащит своих отпрысков в место, где им будет заведомо скучно и неудобно. И результат такой «бархатной антидетской революции» налицо: на острове вас не потревожит ни плач младенца, ни вопли  дошколят, ни тусовки тинейджеров. Вас вообще никто не потревожит, ибо основной здешний контингент —  молодожены, а они, по понятным причинам, заняты в основном друг другом. Так что детки представлены только местные, но и им нет хода на гостевую часть острова, равно как и их мамам. Правда, совсем ранним утром, еще до рассвета, я имела случай наблюдать, что и мусульманские домохозяйки вносят свою лепту в гостиничный бизнес Ибрагима Гасыма.   Ранним утром небольшой грузовичок с полным кузовом мальдивианок в глухих покрывалах остановился на одной из роскошных ухоженных лужаек отеля с диковинной растительностью – и сразу стало понятно, почему сии буйные тропические растения всегда имеют светский оранжерейный вид. Высыпавшись из кузова, десант маленьких мальдивианок в чёрном вооружился метелками и садовыми ножницами – и стремительно распространился по всей лужайке, словно стая саранчи. Через 15 минут их энергичной мышиной возни лужайка приобрела причесанный и помытый вид – и десант в паранджах также бесшумно загрузился в кузов и отбыл к следующему растительному полигону для уборки, стрижки и помывки. Но как только  первые лучи солнца замаячили над горизонтом, никаких признаков мальдивских женщин на острове уже не было.

   Честно говоря, отдых был похож на день сурка: завтрак – солнечные ванны на полезном солнце до полудня, затем купание, обед, дневной сон, вечерние посиделки в кафе с Wi-Fi, ужин, небольшое вечернее светское мероприятие вроде просмотра кино на английском на открытом воздухе в компании одного, но дорогущего лонг-дринка. Ровно в 23.00 на острове все затихало – и гости предоставлялись самим себе. При том, что собираться в шумные пьяные компании, нарушая покой соседей, здесь не принято по умолчанию. Даже пляжные диско-вечеринки по средам с танцами босиком на песке под диджейские сеты умудрялись сходит на нет до полуночи. Впрочем, это, пожалуй, и есть настоящий восстанавливающий отдых. Когда на третий день остров полностью изучен, все СПА-процедуры либо пройдены, либо оказались не по карману, русскому туристу становится  СКУ-У-У-ЧНО. Чтобы напиться допьяна на острове, где горячительное продают только бокалами и по нереальным ценам, надо быть или олигархом, или убежденной пьянью. Но увлеченным пьяницам, видимо, не до Мальдив, а олигархи здесь если и оказываются, то совсем с другими целями – когда в очередной раз женятся или желают уединиться от мирской суеты с новой пассией.

   Однако скоро понимаешь: такое ничегонеделание — и есть подлинный, восстанавливающий силы  отдых. Знай читай себе книги или занимайся любовью, если есть с кем – и думай о вечном, наслаждайся великолепной природой и восстанавливай свои нервные клетки. А природа на Мальдивах такова, что понимаешь смысл присказки бывалых туристов, которая до поездки кажется нелепой: господа, не торопитесь на Мальдивы! Приберегите их на конец своей личной одиссеи по нашей планете, ибо после них вас будет трудно чем-либо удивить. Сегодня и я искренне подписываюсь под каждым словом, хотя не могу сказать, что до этого не видела островов – я была на Бали и Самуи, на Родосе и Сицилии,  на мексиканской Контесе и даже на Гавайях. Но Мальдивы – это нечто особенное! Возможно, потому что они не навязывают ничего извне — кроме своих прямо-таки космической красоты видов. И ты живешь собственной жизнью посреди океана, дыша с ним в унисон и, не побоюсь пафоса, чувствуя себя частью Вселенной. Постепенно к невероятному пейзажу вокруг привыкаешь и начинаешь уже вроде и не гостить, а как бы жить размеренной повседневной жизнью, но в другой реальности. Это невероятной энергетики ощущение, надо только уметь  его вовремя прочувствовать и не стараться «забить эфир» всякими глупостями вроде суеты, лишних знакомств, чревоугодия и словоблудия.

   Но нам все же повезло немного сменить картинку в мальдивском калейдоскопе. За два дня до нашего отъезда на наш остров зашла яхта с российскими чиновниками, господа рыбачили, сопровождая хобби истинно русским купеческим разгулом – трюмы спиртного, эскорт на борту и прочие радости сильных мира сего. Соотечественники внесли радостный разгул в сонный покой нашего острова. Они искренне обрадовались землячкам без мужского общества и любезно прокатили нас на своей яхте и угостили баккарди. Благодаря их доброте, мы смогли посетить соседние «обитаемые» острова, где живут сами мальдивцы, ибо в рамках экскурсий для нас это было слишком дорого. Вид такого острова меня, честно говоря, поразил. Представьте себе остров из рекламы «Баунти» в своей первозданной красоте – с лазурным океаном, белейшим, как сахар, песком, кокосами, падающими с деревьев и бездонным бирюзовым небом.  И вот в этом кокосовом раю – такая грязь, что даже сложно себе представить, как можно было его так, извиняюсь, засрать! К чести грязи, она хотя бы не урбанистическая. Мусор на острове экологически чистый – покрытые илом коряги и подгнившие кокосы, груды опавших листьев и заброшенные полуистлевшие лодки, останки неведомых животных, черные язвы костровищ и обглоданные рыбные скелеты – большие и маленькие. Выглядит так, будто здесь собирались на масштабный первобытные мужланы с палками- копалками.  А за забором белела роскошная вилла, и в одном месте стены красовалась аккуратная лестница – словно специально для любопытных вроде меня, желающих сунуть нос в чужую private life:

— Чья это вилла? — интересуюсь я у аборигенов, которые суетятся над свежим уловом наших яхтовладельцев.

— Дом принадлежит зажиточным мальдивцам, но сейчас он сдан в аренду семье из Бангладеш, — поясняет маленький худощавый, смуглый и бородатый местный житель (кстати, все мальдивцы выглядят примерно так – они невысокие, узкокостные, женщины в непременных покрывалах, а мужчины — с обязательной исламской растительностью на лице). Ближайшие к Мальдивам материковые страны — это Шри-Ланка, Индия и Бангладеш, поэтому самые богатые из индийцев, цейлонцев и бангладешцев отдыхают именно на Мальдивах.

— А можно я поднимусь по лестнице и загляну через забор? — осведомляюсь я.

— Why not? (Почему нет?) — пожимает плечами мальдивский рыбак.

  Взбираюсь по ступенькам и выпадаю в осадок – красивый особняк в стиле ар-деко из бело-розоватого камня, цветущий розовый сад вокруг – и ржавые качели, и груды уже вполне урбанистического мусора – пустые бутылки и пивные банки, старые журналы, облупившийся бассейн со скособоченной водной горкой. Налицо типичное по-азиатски томное отношение к уборке прилегающей территории  – чего сегодня убирать, если завтра опять намусорят?  В конце концов, не зря вонючие помойки в таких крупных азиатских городах, как Гонконг, Бангкок, Сингапур, Дели, палестинская часть Иерусалима  и иже с ними смотрятся не только органично, но даже составляют особый колорит этих городов. В Дакке, столице Бангладеш, я пока не была, но подозреваю, что манеры у местных жителей не сильно отличаются от соседских. Кстати, сразу стало понятно, зачем нужен утренний десант в паранджах. В противном случае лужайки нашего отеля выглядели бы примерно так же, как этот райский остров.

  Почти каждый день со своей террасы мы могли наблюдать стилизованные свадебные церемонии  в мальдивском стиле. Этот аттракцион заказывали особо романтичные новобрачные из туристов, которым, судя по всему,  нравилось жениться снова и снова. Выглядело это так: на пляже разбивался шатер, увитый белыми цветами. На входе на пляж со стороны джетти (так тут называют пирс) устанавливалась арка, также усыпанная белоснежными бутонами и лепестками. В нее на закате входили молодожены, наряженные по полной «материковой» форме  – она в подвенечном платье, он во фраке и с цветком в петлице – и оба босиком. Песок всё-таки. Пара степенно направлялась к шатру: спереди бежали мальдивцы в белом. Усыпая влюбленным путь лепестками белых роз, а сзади шли местные музыканты, исполняя традиционную мальдивскую свадебную музыку. Но что это за музыка! Пожалуй, на материковых похоронах она даже веселее! Некий местный инструмент типа дудки издавал протяжные, заунывные и невыразимо печальные звуки вроде «Пу-у-у-у-у…»  А таких дудок собирался целый оркестр. Наверное, так трубит стадо слонов в период засухи. Грустно аж жуть! Но новобрачные были довольны, не зря же они вываливали за этот 15-минутный праздник целую тысячу долларов! А праздник действительно заканчивался через четверть часа, когда парочка добиралась до шатра, ставила свои подписи в стилизованном мальдивском свидетельстве о браке и получала за это по бокалу шампанского от милостивого Ибрагима Гасыма. Мы в свою очередь тоже были очень довольны, ибо имели ежедневное шоу без отрыва от загорания в стиле «ню» на собственной террасе и, за неимением других увеселительных мероприятий, ржали как лошади над этими свадебно-похоронными процессиями.

  Вообще на новобрачных на Мальдивах зарабатывает целая индустрия. Особым шиком тут считается делать парные эротические массажи «для влюбленных» (500 долларов в СПА-зоне) и обнаженные фотосессии в жанре «Медовый месяц удался» (профессиональный фотограф при отеле берет 1000  долларов за час натурной съемки, заказ от 2 часов).  Мы тоже имели свою выгоду с медовых влюбленных …  в виде часа здорового цинизма ежедневно. Одна нежная русская парочка на свою беду оказалась в соседнем бунгало. И если вид на наши голые тела ещё кое-как закрывала клумба с цветами, то слышимость на воде отличная. И как только мы начинали вести разговоры о своем о девичьем (обычно это было после отбоя и перед сном, то есть, с 23.00 до полуночи) бедняги начинали закрывать двери и окна. Их можно понять: совсем непедагогично в первый месяц совместной жизни выслушивать откровения бывалых дам о жадности мужиков и продажности женщин. Как-то раз днём мы не поленились устроить фотосессию в худших традициях Волочковой, нафоткавшись голыми на сахарном песке живописной безлюдной косы. На профессионала мы, конечно, тратиться не стали – обошлись  собственными силами и мыльницами. Получилось весьма неплохо, судите сами.

После заката на своей веранде мы просматривали и обсуждали  сделанные кадры – и тут меня обуял креатив:

— Девочки, я придумала! Надо написать на песке имя любимого и лечь на него в голом виде, тогда получится оригинальный и запоминающийся подарок мужчине! Он поймет, что все это время я думала о нём, хотя он далеко от меня…

— Пожалуй, — согласилась моя подруга Ксюха, хозяйка известного пиар-агентства, — только тогда уж надо делать это списком. Кто закозлит, того вычеркиваем! И вообще, девочки, демонстрировать свою привязанность к одному мужчине – это нерентабельно и непедагогично. Они это понимают буквально и садятся на голову.

— Ну да, а так можно окучить всех оптом, — согласилась я. — Будет эдакий «список Шиндлера»: Вася, Петя, Сережа, Антон, Иван Иваныч, Кузьма Петрович, Владимир Владимирович (это для политкорректности и из патриотизма) и другие официальные лица. А внизу, в качестве знаменателя, ты лежишь без купальника, демонстрируя им, к чему надо стремиться…

— Ценник не забудьте поставить на лоб, — скептически отозвалась третья наша подруга, ныне пребывающая в состоянии большой и светлой любви и по сему не расположенная высмеивать моногамные отношения.

— Ценник-то для каждого должен быть по возможностям, — призадумалась Ксюха. — Может быть, всё-таки каждому индивидуальную обнаженку подогнать? Хотя нет, эдак фоткаться зае…шься!

  В этот момент наши несчастные новобрачные соседи стали отчаянно стучать окнами и щёлкать щеколдами. Голубки предавались романтическому вечеру вдвоём под мерный шум волн, и вдруг океанский бриз вместо мыслей о вечной любви принёс им такие гадкие разговоры на родном языке.

  С того памятного вечера у нас появился своего рода спорт – как только мы замечали в зоне слышимости «нашу парочку», тут же начинали вести беседы на грани фола, с азартом споря, скоро ли молодая купит суженому беруши? Они, кстати, продавались в нашем сувенирном шопе – всего 20 долларов. А уж как мы им мешали на танцах! Одна из моих спутниц в своё время профессионально танцевала в клубе go-go — по несколько сетов подряд на барной стойке, зарабатывая тем самым прибавку к стипендии. Другая – неоднократная победительница конкурсов вроде «Мисс бикини» и любимая «обложка» мужских журналов. Надо ли говорить, что когда эти две красавицы нарочно выходил танцевать рядом с молодожёнками, те немедленно терялись на их фоне, а обалдевшие новоиспеченные мужья  уставлялись на конкуренток с таким вожделением, словно последние мальдивские девственники! Думаю, что многие молодые пары, которым не повезло приехать одновременно с нами, запомнят нас надолго! Дай Бог им счастья и вечной любви, пусть мы послужим вам иллюстрацией того, как быстро девушки превращаются в ведьмочек, если при них нет влюбленных спутников.

  В результате уже в родном Отечестве с теми баловнями судьбы, которые уже побывали на Мальдивах до меня, у меня происходил примерно один и тот же обмен впечатлениями:

— О, ты тоже побывала на Мальдивах! Кормила скатов?

— Нет.

— А на акул охотилась?

— Нет.

— А с маской плавала? Или с аквалангом?

— Нет.

— Но что же ты тогда там делала?

— Доводила новобрачных!

Как говорится, каждому по потребностям, с каждого – по возможностям.

  Но, кроме шуток, новобрачным на Мальдивах и без нас нелегко. Возвращаясь к началу моих путевых заметок, Мальдивы – это превосходная проверка чувств. Потому что надо очень сильно любить своего спутника, чтобы выдержать с ним полное уединение, лишенное каких бы то ни было внешних раздражителей. Ни тебе многочасовых экскурсий в битком набитом тебе подобными автобусе, ни пьяных дискотек с аниматорами, ни аквапарков под пивко, ни  огромных бакшишек с дешевыми товарами. Из всего многообразия шопинга на нашем острове присутствовало только два ювелирных и один сувенирный, где заодно можно было приобрести гигиенические принадлежности и сигареты. Никаких супермаркетов, где можно поживиться водой и шоколадкой – за всем этим, плиз, в ресторан, бар или, на худой конец, в мини-бар. Кстати, в ювелирных тут денег тоже не берут, а записывают все на номер.  Понятно, что рано или поздно молодая жена в биологическом женском позыве на шопинг заводит милого в ювелирный. И вот тут у него точка принятия решения: любит ли он молодую так, как велят того острова для богатых? Купит ли он сейчас ей вон то очаровательное колечко с изумрудом и бриллиантами или уже в самом начале совместной жизни проявит себя жадиной? А эти бесконечные тропические дни? Не зря первых колонизаторов охватывал тропический сплин. Если двое хотят друг друга не до такой степени, чтобы заниматься сексом по несколько раз на дню, и у них не столько общих тем, чтобы в промежутках между интимом беспрестанно ворковать, «сосланные» на Мальдивы они с ужасом начинают осознавать, что вместе им делать нечего. То ли дело, когда один целый день сидит в офисе, потом торчит в пробке и в фитнес-клубе, а другой в салоне, в бутике и на светском рауте. Тогда и поговорить можно пять минут в выходной день, и даже переспать под настроение. И совсем другое дело быть нос к носу целыми днями и ночами, когда за вами наблюдают не соседи и родня, не коллеги или конкуренты,  не друзья и не завистники,  а только мириады звезд нереальной величины да беспристрастный и мудрый в своей вечности океан. В  столь «тяжелые» условия проблематично поместить даже любовницу или любовника, если они «проходные», а  не правда любимые. Ведь перед ангельским лицом мальдивского покоя (и цен за него) мигом вскрывается всякая фальшь – и неглубокие отношения рискуют бесследно исчезнуть в пучинах Индийского океана, омывающего эти волшебные острова, воспитывающие подлинные чувства.

Жанна ГОЛУБИЦКАЯ

4 комментария на «“Жанна Голубицкая: Воспитание чувств по-мальдивски, или Ссылка для новобрачных”»

  1. Сергей:

    Мне понравился репортаж! Побольше таких на сайте!

  2. Петр:

    Классные фото!

  3. Виктор:

    Да и девчушки очень даже ничего! Хорошо бы иметь возможность просмотреть фото из репортажа в большем размере. :)

  4. blavatskaja_ep:

    Вкусно написано. Бывает же такая виртуозность в обращении со словами, что все эмоции легко и непринужденно оказываются на бумаге.

Добавить комментарий


− 3 = пять